Принуждение, преследование и контроль: как россия нарушает права людей на ВОТ

С 2014 года российская федерация систематически нарушает права людей на временно оккупированных территориях Украины. А после начала полномасштабного вторжения такие ограничения постоянно усиливаются: от доступа к медицинской помощи до свободы слова. Особенно уязвимыми в таких условиях являются дети, которых россия пытается изолировать от украинской идентичности и вовлечь в пропаганду.

Восточный Вариант узнал подробнее у благотворительной организации “Save Ukraine”, какие права людей нарушают оккупанты на ВОТ и как оттуда можно эвакуироваться

“Делаем невидимую поддержку”

Благотворительная организация “Save Ukraine” работает с 2014 года и помогает людям, которые пострадали от войны, развязанной россией. После начала полномасштабного вторжения волонтеры сосредоточили внимание на эвакуации детей и взрослых с временно оккупированных территорий (ВОТ). Такие эвакуации являются полностью бесплатными с полным сопровождением.

Волонтеры поддерживают связь с человеком на протяжении всего его выезда. Консультируют по поводу документов, вещей, которые можно взять, дороги и даже настроя, с которым следует разговаривать с россиянами на блокпостах. После выезда на подконтрольные территории Украины поддержка не заканчивается. Тем, кому это необходимо, особенно молодежи, помогают с поиском места проживания, оформлением выплат, юридической, психологической и социальной помощью.

Свою работу на ВОТ волонтеры стараются сделать невидимой, рассказывает главная специалистка “Save Ukraine” по правовым вопросам Мирослава Харченко. Ведь недавно российские оккупационная власть публично обвинила организацию в “похищении детей” и признала ее экстремистской. Поэтому любые открытые связи могут ставить под угрозу безопасность людей.

“Оккупанты рассказывают, что мы якобы по заданию СБУ похищаем детей с оккупированных территорий. О нас неоднократно негативно упоминали в отчетах, где Мария Львова-Белова рассказывала, как для выполнения задания путина она занимается воссоединением семей, а мы якобы препятствуем им”, — рассказывает Мирослава Харченко.

Поэтому организация не разглашает деталей своей работы. Спасение начинается после обращения. Если люди боятся контактировать с организацией непосредственно, коммуникацию ведут через посредников. Подготовка к выезду зависит от обстоятельств каждой конкретной семьи. Волонтеры объясняют, какие документы необходимо подготовить, чтобы пройти фильтрационные мероприятия, а также инструктируют по вопросам безопасности и цифровой гигиены: как обращаться с телефонами, ноутбуками и другими гаджетами, что стоит брать с собой, а от чего лучше отказаться.

“Мы проговариваем с каждой семьей все, исходя из нашего индивидуального опыта и общих правил. Если это дети-сироты — это одна история. Если люди, чьи родственники являются украинскими военными, — совсем другая. От этого зависят маршруты эвакуации и документы, которые нужно собрать. Если на маршруте кто-то скажет, что это эвакуация с помощью «Save Ukraine», и об этом узнают оккупанты, процесс сразу же остановится, а последствия могут быть крайне негативными”, — объясняет Мирослава Харченко.

Организация заранее контактирует с украинскими консульствами, чтобы вовремя оформить удостоверение  на возвращение в Украину — так называемый белый паспорт. Насколько это возможно, специалисты сопровождают людей при пересечении границы, а сразу после прибытия помогают пройти необходимые регистрационные процедуры.

По данным государственного портала “Дети войны”, с ВОТ по состоянию на данный момент было спасено 2689 детей. Из них 1848 — с помощью “Save Ukraine”.

Ежедневно представители организации общаются с украинцами, которые остаются на ВОТ, и слышат сотни историй о нарушении базовых прав человека, а также о военных преступлениях. Такие свидетельства фиксируют, а при необходимости — передают в Офис Омбудсмана и правоохранительные органы.

“Не знаем ни одного права человека, которое не было бы нарушено на ВОТ”

На временно оккупированных территориях россияне систематически нарушают базовые права детей и взрослых. Речь идет о свободе высказывания, возможности общаться на украинском языке, обучаться по украинской образовательной программе. А отсутствие российского паспорта нередко становилось причиной отказа в неотложной медицинской помощи и правовых консультациях.

“Я не знаю ни одного права человека, которое не было бы нарушено на ВОТ. Все те права, которые оккупационная власть должна была бы обеспечивать в соответствии с международными нормами и конвенциями, фактически не соблюдаются. Одним из самых тяжелых примеров является отказ в медицинской помощи из-за отсутствия российского паспорта. Были случаи, когда беременных женщин с начинающимися родами привозили в больницу, но им отказывали в госпитализации и помощи из-за отсутствия российского паспорта. То есть ребенок еще не родился, а его право на безопасное появление на свет уже нарушили. Такая ситуация касается и других медицинских услуг: вакцинации детей, наложения гипса в случае переломов и оказания неотложной помощи. Могут отказать из-за отсутствия российского паспорта, регистрации или других документов, которые требует оккупационная власть”, — рассказывает Мирослава Харченко.

Мирослава вспоминает случай с 13-летним парнем, который был ранен в результате обстрела. Несмотря на то, что ребенок нуждался в срочной медицинской помощи, бригада скорой помощи отказалась ее предоставить из-за отсутствия российского паспорта. Это уже может подпадать под категорию преступлений, говорит специалистка по правовым вопросам.

К тому же оккупационная власть постоянно вмешивается в семейную жизнь. Если ребенок не посещает российскую школу, а учится дистанционно, это является основанием для лишения родительских прав. В то же время социальные службы будут препятствовать, чтобы родители смогли вернуть ребенка. Родителям угрожают повторными проверками и ищут основания, чтобы не возвращать им детей. Если ребенок попадает в российское интернатное учреждение или приют, вернуть его оттуда становится значительно сложнее. В таких учреждениях дети становятся особенно уязвимыми к пропаганде и милитаризации. Воспитанникам навязывают российскую культуру, историю и нарративы.

“Ребенок находится в уязвимом состоянии: он не с мамой или папой, его вырвали из семейной среды, он травмирован тем, что его забрали от родителей и из родного дома. И сразу же начинается насаждение российской культуры, российских месседжей. В интернатных учреждениях и приютах запускается целая машина пропаганды и милитаризации. Им навязывают, что якобы Украина напала на россию, а россияне вынуждены защищаться от нее и всего западного мира”, — подчеркивает Мирослава Харченко.

С каждым годом ограничения на ВОТ становятся все более жестокими. Это свидетельствует о системной политике россии, направленной на индоктринацию украинских детей — навязывание им российских идеологических взглядов. Главный инструмент для этого — образование. В детских садах, внешкольных учреждениях, школах, университетах для воспитанников проводят патриотическое воспитание. Их привлекают к военной культуре, устраивают встречи с “ветеранами” так называемой “специальной военной операции”, которые на самом деле являются преступниками и убийцами.

“Параллельно в системе образования распространяют подходы, которые оправдывают насилие в семье. Часть учебных материалов воспроизводит советские представления о семейных ролях, неравенстве мужчин и женщин и допустимости физических наказаний детей. Также толерируется насилие в отношении детей, поощряются физические наказания и объясняется, что это якобы помогает воспитывать ребенка. Навязывается мнение, что обращение в социальные службы или полицию в случае насилия — это ненужное внимание общества”, — говорит Мирослава Харченко.

Результаты милитаризированного воспитания учитываются в системе оценивания, которая в дальнейшем имеет значение для поступления в учреждения высшего образования. В некоторых школах детям угрожают недопуском к получению документа об окончании школы, если они не пройдут военную подготовку.

Любое проявление неповиновения оккупационной власти может иметь серьезные последствия для жителей ВОТ, говорит экспертка. За несогласие с российской политикой или проукраинскую позицию с людьми проводят “воспитательные беседы”. К сожалению, иногда оккупанты выдвигают уголовные обвинения, что приводит к лишению свободы.

“Никому нельзя говорить, что ты контактируешь с кем-то с подконтрольных территорий”

Подготовка к выезду с оккупированных территорий требует строгого соблюдения правил безопасности, подчеркивают в “Save Ukraine”. Людям настоятельно рекомендуется не рассказывать никому о своих намерениях, в частности о контактах с украинскими организациями и представителями власти. В условиях оккупации даже обычный разговор с соседями может представлять риск, ведь люди не знают, кому можно доверять.

Не рекомендуется раскрывать настоящие планы маленьким детям. Ведь им сложно объяснить, почему нельзя рассказывать о предстоящем выезде одноклассникам или учителям. Следует подумать, как лучше объяснить предстоящую поездку.

“Мы всегда работаем с родителями и семьями над таким планом: маленькому ребенку лучше сказать, что вы едете в отпуск к знакомым или проведать родственников, например, в Мариуполь или Ростов-на-Дону, чем рассказывать, что вы бежите из оккупации и возвращаетесь в Украину. Пусть ребенок узнает уже постфактум, что он в Украине. Это гораздо безопаснее для семьи, самого ребенка и нашей команды”, — говорит Мирослава Харченко.

Волонтеры организации проконсультируют тех, кто выезжает, по вопросам документов, электронных устройств и личных вещей. Экспертка рассказывает: часто семьи стремятся забрать из дома самое дорогое, в частности семейные альбомы, семейные архивы или памятные вещи. Но именно это может вызвать дополнительные вопросы во время проверок на границе. Поэтому следует придерживаться установленных ограничений, чтобы выезд прошел как можно безопаснее.

“Украина фактически не может повлиять на уровень защиты граждан, которые остаются на ВОТ”

К сожалению, Украина сейчас не может полноценно защитить своих граждан, которые остаются на ВОТ. По словам Мирославы Харченко, доступа к оккупированным территориям не имеют даже международные гуманитарные организации, такие как Красный Крест или структуры ООН, которые имеют мандат и право проверять положение детей, пленных и больных. Но они получают отказ от россии в доступе.

“Именно в этом заключается одна из главных проблем положения украинских детей в оккупации. Они остаются на украинской территории и юридически являются гражданами Украины, но фактически лишены возможности полноценно пользоваться своими правами. В этом контексте похищение украинского ребенка — это не только его физическое перемещение, но и лишение государства возможности выполнять свои обязательства перед ним”, — подчеркивает Мирослава Харченко.

Если вы находитесь на ВОТ и нуждаетесь в помощи с эвакуацией, или знаете кого-то, кто нуждается в такой помощи, можно обратиться по следующим контактам в организацию “Save Ukraine”:

• +38 044 333 81 29
• info@saveukraine.org
• Официальный сайт

***

Этот материал создан в сотрудничестве с Центром прав человека ZMINA