Важно
«Именно в искусстве рождаются перемены»: художницы Донетчины и Луганщины о роли искусства в сохранении памяти
Ко Дню поддержки женщин-художниц, который отмечается ежегодно в последнюю субботу марта, Восточный Вариант спросил у художниц из Донецкой и Луганской областей об их пути в искусстве и о том, как они работают с памятью региона во время войны.
Они рассказывают, как через живопись, коллаж и документальные практики фиксируют опыт потери дома, переосмысливают собственные места и объясняют, почему искусство сегодня нуждается в поддержке.
“Не ведитесь на упреки, что вы «не такие, как все»”, Мария Пронина, активистка, художница-коллажистка и основательница благотворительного фонда из Донецка
Мария родилась в Донецке, где еще в школьные годы попала в творческий круг города. Во время учебы в Донецком национальном университете занималась поэзией, литературой, организовывала культурные мероприятия, литературники и фестивали вместе с творческим сообществом Донецка.
Визуальное искусство стало для нее важным после 2014 года: Марии пришлось переехать в Мариуполь, где она начала работать с арт-терапией и коллажем, преимущественно с детьми и подростками. Сегодня она живет в Киеве и готовит серию работ об украинских амазонках и кочевых племенах, которые стали частью ее исследования культурного наследия востока Украины.
Когда Мария рассказывает о роли искусства в сохранении памяти своего региона, она объясняет:
“Раньше мы не задумывались о культурной памяти, просто изучали творчество Василя Стуса или локальные нарративы, которые отличали нас от других регионов. Мы очень саркастично относились к определенным вещам и рефлексировали о том, что Донецк связывают с футболом, шахтерами, розами, и мало кто знает, что на самом деле там происходит. А потом, после 2014 года, меня заинтересовали темы феминизма и прав человека. В Мариуполе я начала заниматься активизмом, ходила на акции и оформляла их.
Сейчас мне интересно работать с темой амазонок, скифов, сарматов и историей до козацкого периода — мы можем на это опираться и говорить, что это наша история. Мы можем ощущать в себе амазонские или скифские корни, тех племен кочевых, где традицией было равноправие. И женщина с мужчиной стояли спина к спине с мечами на страже против врагов. И я сейчас преимущественно в своем творчестве пытаюсь погружаться в это.
Я мечтаю, чтобы амазонки когда-нибудь стали поп-культурой среди украинских девушек-подростков, и они чувствовали в себе эту кровь и смелость.
Искусство важно поддерживать, потому что именно в нем рождаются изменения — вещи, которые затем влияют на общество и молодое поколение. Важно помнить, что в нашем регионе были и есть украинские художники и художницы — люди, которые заинтересованы в развитии и замечают, что в стране и обществе требуются изменения.
Я считаю, что без искусства была бы деградация. Художники часто начинают работать с темами, к которым общество еще не готово, но со временем оказывается, что художники — это всегда инноваторы. Поэтому искусство нужно поддерживать всегда”.
В заключение Мария обращается к молодым художницам своего региона:
“Никогда не предавайте свою мечту и оставайтесь собой. Не ведитесь на попытки заставить вас быть не собой и подстраиваться под массовость или тренды — следуйте собственному зову. Надо просто кайфовать и делать свое — и тогда все будет по-настоящему”.
“Мне больно, что я не могу поделиться красотой этих мест”, Екатерина Алейник, художница из Луганска
Екатерина родом из Луганска, где провела детство и начала заниматься искусством — пять лет училась в художественной школе. Сначала семья видела для нее другой путь — она параллельно изучала китайский язык, чтобы стать переводчицей. После начала войны в 2014 году семья переехала, и Екатерине разрешили заниматься тем, чем она хочет — стать художницей.
Впоследствии она поступила в Национальную академию изобразительного искусства и архитектуры на живопись. С тех пор активно пишет, а ее работы постепенно сосредоточились на темах Луганщины, памяти и ландшафта, измененного войной:
“Я долго не знала, как подойти к теме Луганщины в искусстве. Первая серия о Донбассе у меня появилась только в 2021 году — это была такая медицинская и политическая фантазия о Луганске. И с тех пор моя практика очень связана с природой, с ландшафтом, который как будто украден войной, но в то же время хранит в себе воспоминания.
Сейчас я больше работаю с небом, которое не хранит память, в отличие от ландшафта. Луганщина до сих пор остается для меня домом. И долгое время это была главная тема моих работ — ее природа, цвета, которые очень узнаваемы для людей оттуда. Для меня важна также красота — она никуда не исчезает, несмотря на катастрофы. Это красота серебристого воздуха, рассветов и закатов, которая присуща Луганщине. Это сосуществование трагедии и чего-то другого, что разворачивается рядом.
Мне даже не так больно из-за невозможности разделить с кем-то утрату дома, как из-за того, что я не могу поделиться красотой этих мест. Ведь многие там не были, и эти территории давно ассоциируются с чем-то плохим. Через свои работы я хотела показать другую сторону — то, что существует вне войны. Природа для меня — это способ рассказать о регионе и сохранить его в другом измерении”.
О важности поддержки искусства сегодня Екатерина говорит, что это очень личный для нее вопрос:
“Для меня искусство — это очень интимная и важная часть жизни. У меня никогда не возникает сомнений, что оно нужно. Я думаю о живописи каждый день, несмотря на тоску по прошлому или мелкие бытовые проблемы. Поэтому я очень счастлива, что нахожу в себе силы и мотивацию заниматься этим всегда, несмотря на то, что происходит вокруг и в полномасштабной войне.
Если оглянуться назад, мне кажется, что именно искусство меня держало.
Я бы хотела, чтобы мы не забывали, откуда мы. Я очень люблю свой дом и верю, что Луганск вернется в Украину. И что когда-нибудь я смогу сделать что-то действительно важное для этих мест — уже непосредственно там.
Хочу сказать спасибо всем, кто продолжает работать с этими темами и не забывает. И очень надеюсь, что мы еще вернемся и будем восстанавливать культуру вместе”.
“Искусство и культура — это то, что представляет страну, придает ей субъектность”, Машика Вышедская, художница из Бахмута
Машика Вышедская родилась и выросла в Бахмуте. Рисовать любила с детства — это, говорит, семейное, ведь ее папа, бабушка и прадед также занимались рисованием, хотя никто из них не имел художественного образования. Сама Машика тоже долгое время не рассматривала искусство как возможную профессию — в ее представлении художники либо уже были признаны посмертно, либо жили в бедности.
После школы она поступила в медицинский университет, но с началом войны в 2014 году ее обучение прервалось. Еще год она провела в Луганске, а затем вернулась в Бахмут. Именно там открыла для себя общественный активизм и присоединилась к стрит-арт-инициативе, благодаря которой познакомилась со своим будущим мужем. Со временем начала получать первые заказы и поняла, что может зарабатывать искусством — тогда и решила окончательно бросить университет.
“Со временем я отказалась от фриланса в пользу сотрудничества с общественными организациями и начала развивать собственные проекты. Один из них — «Адаптация реальности». Сначала это было наблюдение и документирование украинских городов в моменте, но с началом полномасштабного вторжения проект стал способом сохранять память о разрушенных, оккупированных территориях — о том, как они выглядели в повседневной жизни.
Другой проект — “Storage is almost full” — работает с семейной памятью. Это истории из непроговоренных воспоминаний, тайн, семейных архивов. Я работаю с фотоальбомами, которые для многих стали утраченными воспоминаниями.
С началом полномасштабной войны я начала работать с документальными историями. Делала комиксы на основе свидетельств людей с оккупированных территорий и городов у линии фронта. Это способ зафиксировать их опыт в художественной форме. Эти работы показывали на выставках в разных странах, в частности в рамках благотворительных проектов.
Другим моим проектам не так повезло, они экспонируются не очень часто, потому что мне как художнице интереснее работать над созданием новых и новых работ, чем над их презентацией.
Я считаю, что искусство и культура — это то, что представляет страну, дает ей субъектность. Это международный язык, с помощью которого мы можем доносить свои смыслы и ценности”.
Машика делится тем, чего она хотела бы для себя и других художниц из региона:
“Я надеюсь, что когда-нибудь мы сможем снова творить в своем регионе. Мечтаю о времени, когда мы соберемся вместе на резиденциях в Бахмуте, Краматорске, Святогорске, Мариуполе — наговоримся, побудем вместе и создадим новые работы”.
***
Інга Павлій
