Репортаж
«Повторяет всё, что было в Константиновке»: чем сегодня живет прифронтовая Дружковка
Местные говорят, что жизнь уже покинула Дружковку: вместо людей, которые ходят по улицам, проезжую и пешеходную части дороги контролируют вражеские дроны. Люди из страха почти не выходят из дома, чувствуя, как фронт захватил даже придомовые территории, где риск погибнуть сравнялся с возможностью выжить.
Дружковка в конце марта 2026 года — прифронтовой город, который ежедневно на себе ощущает последствия приближения линии столкновения. В течение последних недель российские оккупанты ежедневно совершают налеты на город, убивают гражданских и разбивают их дома. В таких условиях выжить чрезвычайно сложно, поэтому единственный шанс спастись — эвакуироваться. Однако и это рискованный процесс, поскольку россияне не жалеют дронов, чтобы оставить в городе как можно больше людей, даже если их придется ранить или убить.
Каждый заезд в город — риск того, что автомобиль будет атакован и сожжен БпЛА, а водитель — ранен или убит. Несмотря на это, часть населения верит, что у них еще есть время покинуть Дружковку, хотя противоречит этому статистика потерь гражданского населения и волонтеров. Так как же выживают люди в Дружковке в 12 километрах от фронта — видел Восточный Вариант.
“Я не знаю, как в Дружковке можно выжить…”
Светлана, жительница Дружковки, переехала в Краматорск в конце декабря 2025 года. Когда фронт из Константиновки начал все больше угрожать городу, женщина решила не ждать самого худшего сценария. Сначала перевезла основные вещи — зимнюю одежду и бытовую технику. Впоследствии начала перевозить летнюю одежду и памятные вещи: книги, альбомы, несколько вазонов и некоторую мебель. В квартире на четвертом этаже еще остались несколько ковров, стол и несколько стульев, купленных незадолго до начала полномасштабной войны. Их она оставила напоследок, поскольку нужно было найти место для них или освободить арендованную квартиру. Когда это удалось, возможности заехать в Дружковку, чтобы забрать мебель, уже не было.
“У меня квартира на четвертом этаже. Она еще не разбита, но дрон прилетел в соседний подъезд, поэтому выбило окна, двери. Внутри много стекла, но я его даже не убирала. Последний раз, когда заезжала в город — это в начале марта. Забрала оттуда несколько кастрюль и вернулась. Мне там страшно. Я не понимаю, как в Дружковке можно выжить, потому что там уже совсем нет жизни. Людей нет, потому что все сидят дома и боятся выйти. Но если выйти на улицу, то некуда идти. В моем районе работает только один магазин в подвальном помещении, все остальные закрыты. Но и туда страшно пройти, потому что до него около километра. А на таком расстоянии несколько раз может погнаться дрон, даже если ты идешь пешком”, — говорит жительница Дружковки.
На машинах в Дружковке почти не передвигаются. Отдельные автомобили, которые встречаются на улице, скорее исключение. Люди рискуют, пытаясь выехать из города и забрать хотя бы какое-то имущество с собой. Но с начала марта такие поездки чаще заканчиваются в нескольких метрах от дома, потому что машины догоняют дроны.
“Мои знакомые из соседнего подъезда 16 или 17 марта пытались выехать из города с полным багажником вещей. Мне эта женщина рассказывала, что у них был открытый багажник, а из него были видны кухонные стулья, которые они забирали из дома. Салон тоже был забит сумками. Они не доехали до центральной дороги — дрон догнал и ударил по машине. Все сгорело, они ранены. У мужчины сломана рука, ушибы, у моей знакомой синяки по всему телу, раны… Их не пощадили. Но повезло, что они хотя бы выжили”, — рассказывает Светлана.
Дружковка — опасный для жизни город
Сегодня Дружковка больше не безопасное место, куда жители Константиновки могут выйти, чтобы их забрали волонтеры. Дойти живыми из “серой зоны” до Дружковки почти невозможно, потому что людей по дороге догоняют российские БпЛА и атакуют, пытаются убить на дороге. Тем единицам, кому удается добраться до прифронтового города, приходится пережить еще одно испытание — дойти до той части города, куда еще могут доехать волонтеры. На них россияне ведут особенно страшную охоту: когда видят машину, которая едет спасать людей, она становится едва ли не основной целью.
Например, на прошлой неделе россияне атаковали машину гуманитарной миссии “Проліска”: двух человек ранили, двух убили. Одна из женщин-пенсионерок, которую спасали, погибла на месте. Другая пострадавшая скончалась в больнице.
В городе работают только три магазина — все в разных районах, и местами расстояние до ближайшего достигает до 4 километров. Люди на такие расстояния боятся ходить, поэтому в основном сидят дома или в подвалах и даже не выходят на улицу. Больница еще работает, однако полноценной работой это сложно назвать, говорят местные. Самых тяжелых пациентов везут сразу в Краматорск, поскольку под бомбами спасти их слишком сложно.
По словам начальника Дружковской ГВА Андрея Панкова, каждый день в громаде начинается с оценки последствий атак — что повреждено, где были попадания и все ли жители находятся в безопасности.
“Основная задача — обеспечить базовые потребности жителей, насколько это возможно. И эта работа продолжается каждый день”, — подчеркивает глава администрации на странице Дружковской ГВА.
На конец 2025 года в Дружковке проживало около 19 тысяч человек. Однако по состоянию на середину марта 2026 года, из-за активной эвакуации население Дружковской громады значительно сократилось и составляет около 9,5 тысяч гражданских жителей.
Дмитрий, военнослужащий родом из Дружковки, уверяет: она повторяет судьбу Константиновки, но переживает ее со всеми страданиями значительно быстрее, чем город по соседству. Уже сейчас по Дружковке невозможно ходить без риска для жизни. Дальше будет становиться в разы хуже, и в конце концов город полностью уничтожат еще до его захвата, как и Константиновку.
“Ситуация в Дружковке повторяет все, что было в Константиновке 8–9 месяцев назад: обстрелы гражданских, атаки дронов на машины, дома, инфраструктуру. Сейчас в городе нет света, водоснабжения, нормальной логистики. Люди вообще боятся ходить по улицам, как в свое время в Константиновке. Но пока ее начали «разбирать» так же, как и Дружковку, прошло почти полгода. А Дружковка почти сразу попала в «горячую» фазу, поэтому жизнь из города выбили очень быстро”, — говорит военный.
По словам Дмитрия, шанс на эвакуацию, которая закончится положительно, у местных есть только сейчас. Если они будут медлить еще 2-3 недели, их вряд ли смогут вывезти из города — людям придется выходить за его пределы, значительно сильнее рискуя своим здоровьем и жизнью.
***
Аліна Шевчук
